Арбитражные управляющие имеют право запрашивать у следственных органов копии изъятых документов банкрота, а суды должны оказывать содействие, если такие обращения оказываются безрезультатными, следует из определения Верховного суда (ВС) РФ в деле о банкротстве ООО «Новая нефтехимия». При этом бывшему руководителю банкрота не могут быть адресованы претензии по поводу этой документации, счел ВС РФ.

Конфликт, в который пришлось вмешаться ВС РФ, разгорелся между экс-гендиректором «Новая нефтехимия» Айратом Тумакаевым и арбитражным управляющим Эдуардом Киреевым. Последний требовал от Тумакаева вернуть ему документацию «Новой нефтехимии», а также печати, штампы, материальные и иные ценности, без уточнения их перечня.

Тот еще до решения суда отдал часть запрошенного, а по поводу остального заявил, что документы были изъяты органами следствия у ООО «Учет.ру», которое оказывало «Новой нефтехимии» бухгалтерские услуги, следует из материалов дела.

В них не говорится о самом уголовном деле. Однако известно, что «Новая нефтехимия» была вторым по величине акционером обанкротившегося Татфондбанка (17,36%), а контролировал эту компанию председатель правления кредитной организации Роберт Мусин. Сейчас он под домашним арестом знакомится с обвинением в особо крупном мошенничестве, злоупотреблении полномочиями и легализации криминальных средств.

По версии следствия, Татфондбанку был нанесен ущерб на сумму более 50 млрд рублей, при этом один из эпизодов дела связан с «Новой нефтехимией». Этой компании и ООО «Сувар девелопмент» Татфондбанк уступил права требования по кредиту, предоставленному ОАО «Нижнекамскнефтехим». Ранее под этот актив Татфондбанк получил 3,1 млрд рублей в кредит от Банка России, поэтому следствие сочло переуступку мошенничеством.

В марте 2018 года «Новая нефтехимия» была признана банкротом по заявлению конкурсного управляющего Татфондбанка — Агентства по страхованию вкладов (АСВ).

Несмотря на слова Тумакаева об изъятии документации следствием и отсутствии объективной возможности их передать управляющему, суды обязали его выдать все затребованное. Обосновывая такое решение, они сослались на закон о несостоятельности, который предписывает руководителю организации-банкрота передать документы и имущество должника конкурсному управляющему. При этом кассация уточнила, что вопрос о наличии либо отсутствии у бывшего гендиректора «Новой нефтехимии» конкретных документов и ценностей подлежит разрешению на стадии исполнительного производства.

Но в итоге суды оказались неправы по всем пунктам, следует из опубликованного во вторник определения судебной коллегии по экономическим спорам (СКЭС) ВС РФ. В середине июля она отменила все решения в пользу управляющего и отправила спор на пересмотр.

ТРЕБОВАНИЯ ДОЛЖНЫ БЫТЬ КОНКРЕТНЫМИ

Коллегия подтвердила, что экс-руководитель банкрота должен передать документацию управляющему. Но последний в заявлении на этот счет «должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов», что соответствует требованиям процессуального законодательства при подаче исков.

«При этом степень должной конкретизации требования арбитражного управляющего об обязании передать документы оценивается судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечения реальной возможности осуществления управляющим возложенных на него полномочий», — отметила СКЭС ВС РФ. Требование о предоставлении договоров за определенный период не обязательно предполагает указание точных дат составления договоров и их номеров, которые управляющий может не знать, привела пример коллегия.

Отвергла она и вывод суда округа о том, что вопрос о наличии или отсутствии конкретных документов у Тумакаева мог быть разрешен приставами в ходе исполнительного производства. Это, по сути, означает передачу полномочий суда приставам, что «нарушает принципы правовой определенности и исполнимости судебного акта», говорится в определении.

Также коллегия обратила внимание, что в этом споре конкурсный управляющий Киреев все же уточнял в суде первой инстанции свои требования и конкретизировал перечень и виды истребуемой им документации, но суды уклонились от разрешения уточненного требования.

УПРАВЛЯЮЩИЙ МОГ СПРАВИТЬСЯ И САМ

ВС РФ согласился с аргументами Тумакаева, о том, что он не мог передать документы управляющему, так как они были изъяты правоохранительными органами. В ходе судебного разбирательства в Верховном суде его представитель Андрей Губайдуллин отмечал, что Тумакаев после получения претензии от Киреева обращался в следственные органы за документами, но ему отказали со ссылкой на то, что руководство «Новой нефтехимии» уже осуществляет конкурсный управляющий.

«При изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности», — говорится в определении коллегии.

Также коллегия указала, что конкурсный управляющий и сам может обратиться в правоохранительные органы с ходатайством о выдаче копий изъятых документов. Если же это не даст результата, то он может обратиться за содействием в получении документации к суду, рассматривающему дело о банкротстве, говорится в определении.

НЕПРАВИЛЬНАЯ ПОПЫТКА ЗАБРАТЬ ИМУЩЕСТВО

Коллегия ВС РФ обнаружила нарушения и в том, как суды обязали Тумакаева передать управляющему имущество компании. Во-первых, это решение также не было конкретизировано. А, во-вторых, суды не установили, кто владеет этим имуществом и передавалось ли оно кому-либо и на каком основании.

В-третьих, продолжила коллегия, истребование имущества в таком же порядке, как и при передаче документов (пункт 2 статьи 126 закон о несостоятельности), может применяться только в тех случаях, когда бывший руководитель должника уклоняется от участия в приемке-передаче имущества, владение которыми должник не утратил.

Если же оно утрачено, то возможны два сценария действий, констатировала СКЭС ВС РФ. В случае незаконного перехода к экс-руководителю, например, предъявляется иск о недействительности сделки. Если же из-за противоправных действий руководителя имущество перешло к другим лицам, защита конкурсной массы должна осуществляться путем предъявления иска о возмещении убытков или о привлечении к субсидиарной ответственности, говорится в определении коллегии.

Банк России отозвал лицензию у Татфондбанка 3 марта 2017 года. На 1 февраля того года, по данным ЦБ РФ, по величине активов эта кредитная организация занимала 42-е место в банковской системе РФ. Банкротом банк был признан в апреле 2017 года. «Дыра» в капитале Татфондбанка оценивалась в 118 млрд рублей.

Крупнейшим акционером Татфондбанка был Татарстан. Прямо и косвенно республика контролировала 44,16% акций.

Использованы материалы Новостной ленты «Интерфакс»